В то время как Граси торчала в пробке, в роскошной квартире Пилар Маноло выливал в раковину содержимое еще одной недавно начатой бутылки.

— Уверяю, тебе не нужно это, — слегка раздраженно говорил он, удерживая в своих сильных руках хрупкое тело бьющейся в истерике Пилар. — Если ты нервничаешь, просто иди ко мне. Не хочу, чтобы ты спивалась. Ну же, видишь, что эта дрянь с тобой делает!

— Все равно… Дай сюда… — жалобно всхлипывала Пилар. — Граси может приехать с минуты на минуту. Я так боюсь, что она узнает о нашем решении и будет ругать меня!

— Граси?! — будто не веря собственным ушам, выкрикнул Маноло. — Граси? Какого черта ты просила ее приехать?

— Она сама так захотела…

Маноло глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. В последние дни проблемы, словно нарочно, сыпались на него как из рога изобилия, так что малейшее затруднение было способно вывести его из равновесия. Да, слишком многими людьми хотел он распоряжаться, играя на их чувствах и потребностях… Отец с каждым днем беспокоил его все больше. Он старел прямо на глазах, хирел, уходил в себя. Время шло, а семейная честь все еще не была отомщена.

С каждым днем Маноло становилось все тяжелее смотреть в отцовские глаза, где, казалось, еще не умерла надежда. Временами ему чудился в них и укор, что он до сих пор не выполнил сыновний долг. Во что бы то ни стало доброе имя отца должно быть восстановлено. И Пилар могла помочь ему в этом…

— Ты не забыла о наших планах на эту ночь? — спросил Маноло ласково, стремясь загладить внезапно вырвавшуюся у него грубость. — Мы же договорились как можно чаше появляться вместе.