Многие его не расслышали — и я опять взлетел вверх. Опять испытывая, что скрывать, чувство законной гордости… Меня, однако, надо было не только вскинуть, но и поймать. А все кинулись к метро, надеясь, что поймают другие.
Приземляясь самостоятельно, я начал планировать… Словно за парашют, ухватился за чей-то зонтик.
Тут я услышал насмешливый, как обычно, голос старшего брата Кости:
— Лучше бы на меня с неба свалилась Нинель! Но ничего не поделаешь…
Ему все-таки пришлось вынуть руки из карманов и подхватить меня.
Глава II,
где впервые появляется Мура — руководительница
«Клуба поразительных встреч»
На следующий день я убедился, что мои взлеты над мокрым вокзальным перроном не были последними в жизни. Наоборот, их можно было бы назвать тренировочными. С утра до вечера я как бы не опускался на землю.
Я где-то читал, что испытание славой — очень тяжелое испытание. Однако в тот день, ощущая на себе воспаленно-восторженные взгляды и безудержные прославления, я ни малейшей тяжести не почувствовал. Мне было легко, как и должно быть, когда порхаешь на крыльях. Порхал я до тех пор, пока не подошла Наташа Кулагина. Я ждал, что она поздравит меня с почти космическими успехами. Но она спросила:
— Ты заметил, что Глеб не пришел сегодня?
— Не пришел? Разве?
— Где уж тебе было заметить…
И действительно, где уж!
Когда утром я подошел к школе, меня встретила на улице учительница Мура, которая руководит у нас «Клубом поразительных встреч». Она была молода, как Нинель. С этого начиналось их сходство. И на этом оно заканчивалось. «Прехорошенькой» Муру мой старший брат Костя никогда б не назвал. Мужчины вообще своим вниманием от дела ее не отвлекали — и она целиком отдалась общественной деятельности. В результате «Клуб поразительных встреч» отвлекал от дела всю нашу школу: были встречи то с ветеранами, то с партизанами, то с перевоспитавшимися хулиганами, то с гитарами и барабанами… Слово «встреча» было самым изношенным, самым употребляемым в Мурином лексиконе.