— Да, любимый, я тоже очень скучаю по тебе. — Одри Дюшансе нежно улыбнулась, прижимая к уху трубку телефона. — Скорее бы завтра!.. Что делаю? Жду гостей. Угадай, кого. Нет… Нет, не угадал… Опять не угадал. Сдаешься? Берта Ведженс откликнулась на наше приглашение. Решила повидаться со мной накануне — боится, что в завтрашней суматохе мне будет не до нее и нам не удастся толком поговорить. Кстати, вчера звонили Эви и Жерар — подтвердили, что приедут… Да, я тоже рада… Нет, мы с тобой не виделись не три дня. Два дня, семь часов и двадцать три минуты. Конечно, это целая вечность! Целую тебя, милый. До завтра.

Это долгожданное завтра…

Одри с сожалением повесила трубку. Она была готова часами слушать любимый голос, но предсвадебные хлопоты требовали времени. Последние дни ее будущий муж был вынужден провести в Лионе, завершая дела перед их медовым месяцем и заканчивая подготовку к грядущим торжествам. А она дирижировала командой рабочих, которые украшали ее загородный дом и сооружали столы и навесы в саду.

Внизу весело и заливисто зазвенел дверной звонок. Послышались шаги домработницы Мари, спешащей открыть дверь, но Одри не могла усидеть на месте. Она выскочила из своей комнаты и сбежала по лестнице раньше, чем ей доложили о визитере.

— Берта, дорогая, я так рада тебя видеть! — Она обняла немолодую, строго одетую даму, которая растроганно всхлипывала и теребила в руке белоснежный платочек. — Я так боялась, что ты не приедешь!

— Милое мое дитя… — Берта Ведженс была поражена великодушием девушки, которую когда-то фактически выгнала из дома, и теперь с трудом подбирала слова. — Прости меня, я была так несправедлива к тебе…

— Зачем вспоминать прошлое, — махнула рукой Одри. — Лучше проходи и расскажи мне, как ты живешь.

Она провела гостью в уютную гостиную и усадила на диван. Мари внесла кофейник и блюдо со свежими круассанами. Еще три года назад Берта помогала по хозяйству ныне покойной тетке Одри. Теперь у нее самой была прислуга, но Берта иногда еще испытывала неловкость, когда ей подавали еду.