– Я тоже так думал. Она готова была отказаться от лучшего места ради того, чтобы ухаживать за малышом. Один раз она приходила в гости – хотела узнать, как нам живется. Подарила Эндрю огромного плюшевого мишку. Обещала прийти еще, но больше мы о ней не слышали.

Дайана грустно показала головой.

– Значит, ты ничего не знаешь?

– Чего не знаю?

– Элси умерла через два месяца после рождения Эндрю.

Глаза Криса потухли.

– Мне и в голову не приходило… Что случилось?

– Сердечный приступ.

– Я не знал, что у нее больное сердце.

– Никто не знал, даже ее врач. Все произошло очень быстро: ничего нельзя было сделать.

Дайана уставилась на свои дрожащие пальцы. О, эти ожившие воспоминания! Элси, знавшая ее с рождения, Элси, бывшая рядом в трудную пору отрочества и юности! Даже сейчас, через столько лет, она горевала о той, которая была ей дороже едва запомнившейся матери.

Крис потянулся и накрыл ее руку своей ладонью.

– Мне очень жаль, Дайана, – мягко сказал он. – Я знаю, как ты ее любила. Наверное, это было для тебя страшным ударом.

Его рука была такой большой, такой теплой… Дайана долго смотрела на нее, чувствуя, как от этого прикосновения утихает мучительная боль. Затем она подняла глаза. На мгновение показалось, что исчезли прожитые друг без друга годы. Оба смотрели без всякой вражды, объединенные общей скорбью.

У него усталый вид, подумала Дайана. Под голубыми глазами залегли тени. Кажется, вчера их не было. Тонкие морщинки у глаз стали еще заметнее. Похоже, эту ночь он тоже провел без сна…

Она попыталась улыбнуться.

– Вот и еще одна неожиданная встреча!

– Да. – Крис задумчиво смотрел на нее сверху вниз. – Я всегда думал, что стоит нам увидеться, и я с наслаждением сверну твою прекрасную тоненькую шейку. – Уголки его рта приподнялись, и на лице появилась та самая хорошо знакомая Дайане горькая улыбка. – Как ни странно, сейчас мне этого совсем не хочется. Наоборот, хочется вспоминать о том чудном времени, когда мы были вместе. Ведь было же что-то хорошее… Правда, Дайана?