Когда ворота с лязгом и грохотом отворились, длинная машина медленно проехала по гравийной дорожке. Лиза мельком увидела лицо привратника, и ей показалось, что вид у него слегка испуганный, а может, разбуженный протяжным и пронзительным гудком «ягуара», он просто не успел прийти в себя. Она только сейчас поняла, что уже очень поздно и все, наверное, давно спят. Здесь, в горах, люди привыкли ложиться рано, в отличие от городских жителей.

— Не соблаговолите мне ответить, куда мы приехали? — язвительно спросила она. — Я села к вам в машину только потому, что вы согласились подвезти меня до деревни, но здесь, мне кажется, частные владения…

— Вы очень догадливы, — усмехнулся он. — Это мой дом.

— О… как вы посмели! — Она открыла рот от возмущения. — Я… не надо было вам доверять! С первого взгляда было ясно, что вы сам дьявол!

— А мне было ясно, что вы безнадежная дурочка, — невозмутимо ответил он. — Говорят, первое впечатление обычно не обманывает, но хочу попросить вас потерпеть с выводами насчет моего дома, пока вы не увидите его при дневном свете. Очень может быть, что сейчас вы примете его за замок Синей Бороды, особенно в вашем нынешнем настроении. Видимо, это следует приписать в первую очередь тому, что вы сильно проголодались. Смею вас заверить, что смогу предложить вам гораздо более удобную комнату на ночь, чем местная харчевня, а также несравнимо более изысканный ужин.

— И чем же я должна буду с вами за это расплатиться? — возмущенно выпалила она.

Слова вылетели у нее прежде, чем она успела опомниться, и полностью разоблачили ее страхи и ход мыслей. Господи! Она в ужасе закрыла глаза. А что, если он большая шишка и у него нет ни малейшего намерения к ней приставать? Что, если он женат, передаст жене ее слова и они будут долго хохотать над ней и ее глупостью? Лиза очень пожалела, что всегда отличалась несдержанностью на язык и говорила первое, что придет в голову, к отчаянию Одри, глубоко убежденной в том, что именно эта привычка подруги и мешает ей выйти замуж.