Он просто не понимал безразличия Магды. Такое обращение ее нисколько не задевало. Она считала его совершенно нормальным, а то, что родную мать Жолт ставил на первое место, — закономерным.

Старик с горечью отмечал, что упрямство и наглость Жолта всегда брали верх, и никто его за Магду-два не одергивал.

Но в этой борьбе он не сдастся, твердо решил дядя Тибор. Вот и позавчера — или когда? — мальчик под вечер явился домой.

— Магда-два дома? — спросил он.

— Это что еще за новости? — с живостью откликнулся Тибор. Он недавно проснулся и чувствовал себя в прекрасной форме. — Не Магда-два, а мамочка! — внес он решительную поправку.

— Ладно, То?бичек. Мамочка-два вернулась?

— Она давно дома. Ах ты хулиган!

— Ты не видел еще хулиганов, Тобичек. Ты же понятия не имеешь о жизни!

— Ты хуже, чем хулиган!

— Не будем спорить. Ты ведь старший.

Это был тот самый случай, когда теряются даже люди, куда более сообразительные, чем Тибор. Старик смешался и что-то пробормотал, не зная, похвала это или чистое издевательство.

Нравоучительные беседы, подобные этой, происходили между дядей и племянником ежедневно. Причем оба старательно следили за тем, чтоб их перепалка не коснулась слуха Керекеша, в противном случае Жолт получал штрафные задания.

Тибор жаловался на Жолта лишь в крайних случаях. Кто же станет доносить на своего массажиста, работой которого страшно доволен! Вот и сегодня старик очень нуждался в услугах племянника. Побаливала поясница, и немел левый бок. «Когда же появится этот бродяга? — думал старик. — И какой день сегодня: понедельник, вторник?» Если вчера было все-таки воскресенье, то сегодня, естественно, понедельник. Тут порядок армейский. Но если память ему вдруг изменила и воскресенье было позавчера?