— Шнур?

— Ага, шнур. Запальный шнур. Веревку обмазал варом…

— Но ведь это было на прошлогоднее рождество, когда он хотел устроить бенгальский огонь, — перебила Липтака Магда. — Я поговорю с мадам Гечеи.

— Мы ни с кем говорить не будем! Хватит! — дрожащим голосом сказал Керекеш. — Благодарю вас, господин Липтак.

Почтальон не шевельнулся.

— Господин главный врач, покамест я здесь, — снисходительно сказал он, — бояться вам нечего.

Я не боюсь, господин Липтак, но…

— Протокол этот — тьфу. Уж я, господин главный врач, о том позаботился.

— Вот как! И что же?

— «Ха-ха, старший сержант, — старшему я сказал. — Хо-хо, говорю, знаем, знаем, ветер откуда дует». А старший только глазами хлопает. Во!

— Откуда же дует ветер, господин Липтак?

— Вот я и спрашиваю: «Кто взломал ту лавчонку, господин старший сержант? И кто стащил у Га?шпаров дамскую, извиняюсь, сорочку? Не хочу я этим никого обижать… Кто переманил ирландского сеттера, вот что скажите мне, господин или товарищ старший сержант» …Никогда ведь не знаешь, как обратиться, чтоб не обиделся ненароком…

— Вы совершенно правы, господин Липтак, за обращением надо очень следить, — заметила Магда, разыгрывая сочувственное внимание.

Почтальон оторопел. Потом покосился на Керекеша, повертел в руках пустую рюмку, хотел что-то сказать, но Керекеш его опередил:

— Послушайте, господин Липтак, меня интересует один лишь момент. Если я вас правильно понял, то на основании показаний, данных мадам Гечеи, мой сын… возможно, оказался на подозрении. Известно об этом вам что-нибудь или нет?

— А то как же, чтоб неизвестно, господин главный врач! Кто, как не я, навел милицию на след?

— Прекрасно, вы навели на след…

— Я и Би?жу.

— Кто такой Бижу?

— Бижу? Да ищейка же. Вон у кого, извиняюсь, нюх так нюх. Можно сказать, замечательный нюх. С ходу определила преступника.