— Хилари, но это же неинтересно, — возмутилась Мэри. — Неужели вы так ни разу и не поговорили?

— Поговорили, — горько вздохнула сестра. — И не только.

— Вот как? — Глаза Мэри заблестели от любопытства.

— Вот так, — опять вздохнула Хилари. — А потом он пропал. Надолго. Собственно, сегодня я увидела его спустя целых восемь лет. И не хотела верить, что это он. Даже когда он держал Питера на руках и стоял рядом со мной. Я просто не хотела в это верить. А потом он назвал свое имя, а я свое. Остальное ты знаешь.

— Хилари, — Мэри надула губы, — но ведь ты ничего не рассказала. Или говори все, или не стоило начинать этот разговор вообще.

— Я и не начинала, — вспылила сестра, — ты так пристально наблюдала за мной, что мне пришлось говорить. Что ты хочешь узнать?

— Все!

— Все я и так рассказала. Мне нечего больше добавить, — отрезала Хилари и отвернулась.

— Не будь такой злюкой. — Мэри опять погладила ее по руке. — Ты же знаешь, что женщинам надо со всеми подробностями: «он сказал», «я ответила»...

— Ты хотя бы понимаешь, что мне не хочется вспоминать все подробности? — устало упрекнула сестру Хилари.

— Но ведь мы уже говорим. И если ты будешь молчать, то все равно не перестанешь думать о нем, — попыталась урезонить ее Мэри. — Когда проговариваешь что-то вслух, то относишься к проблеме по-другому.

— Тоже мне, психоаналитик, — улыбнулась Хилари.

— Просто я стараюсь помочь сестре, у которой уже много лет нет никакой личной жизни, — заметила Мэри. — Может быть, все твои проблемы как раз и кроются именно в этой истории. Пока не выговоришься, ты сама ничего не поймешь. А почему он пропал?

— Их компания развалилась. Там был грандиозный скандал, связанный с кражей большой суммы денег. Я не знаю подробностей. Его обвинили в присвоении этих денег. Хотя не понимаю, как это могло случиться, если все проекты финансировались с его помощью.