— Бог ты мой, — промолвила она наконец, — Марк Ленокс! Как поживаешь и что поделываешь?

— В данный момент — с восторгом любуюсь неуловимой мисс Смолл, — с иронией ответил он. — В последние годы это удовольствие выпадало мне не так уж часто.

Габби, натянуто улыбнувшись, напомнила:

— Я ведь живу в Европе.

Марк Ленокс улыбнулся в ответ, но карие, с зеленоватыми искорками глаза остались неприятно холодными.

— Что же позвало тебя в родные пенаты?

— Сегодня Дереку исполняется двадцать. Дома будет праздник.

— Я слышал, тебя там отчаялись дождаться.

Глаза Габби сузились.

— Слышал? Это где же?

— Да в «Блу Пайнс». В последнее время я частенько там бываю. И часто вижусь с твоим отцом.

Это известие Габби отнюдь не порадовало. Она подумывала уже перебраться на другое место… но к чему такой глупый, ребяческий поступок? Через сорок минут самолет должен приземлиться в Денвере.

— Ну… как тебе живется в Швейцарии? — Марк впился в нее хищным взглядом, словно охотник в долгожданную добычу.

— Неплохо.

— Должно быть, отбою нет от воздыхателей?

— Ошибаешься, — холодно ответила Габби. — С меня и одного достаточно.

Марк саркастически выгнул бровь.

— Не устояла перед гренадерского роста красавцем?

— Что-то в этом роде. Как твои дела?

— Весьма недурно. — Марк испытующе взглянул на нее. — А твои? Преподавательский труд по-прежнему доставляет тебе удовольствие?

— Да, и немалое.

Марк едва заметно скривил красиво очерченные губы.

— Какие же еще удовольствия выпадают на твою долю в благословенной стране Швейцарии?