— Полегче, Эми. — Он наклонился к ней, лицо его казалось высеченным из камня. — Это единственное, что я себе позволил.

— Единственное, что ты себе позволил?! — Она совершенно забыла о том, что находится в автомобиле, осторожно маневрирующем в заторах аэропорта, и о стоически сидевшем за рулем Гвидо. — А как же я? Меня ты спросил? Ты вторгся в мою частную жизнь, сделал из меня что-то вроде рыбки в стеклянном аквариуме…

Энергично выругавшись вполголоса по-итальянски, он проворчал:

— Этот разговор просто смешон, я не желаю продолжать его. И уверяю, никто не подумал бы сравнить тебя с аквариумной рыбкой!

— Но ты платил кому-то, чтобы следить за мной! Это… просто аморально.

— Я не собираюсь ничего обсуждать до тех пор, пока ты не возьмешь себя в руки, — ядовито сказал он. — Кроме того, в данный момент это просто неприлично.

В памяти Эми всплыло прекрасное лицо Стефании, и она, стиснув зубы, заставила себя на время забыть об обидах. Ведь завтра-похороны его матери, а если в чем и можно быть уверенным, так это в том, что Лука очень любил свою мать. Но перед отъездом в Англию…

Закусив губу, Эми постаралась успокоиться. Вот уже год, как она медлила двигаться дальше по выбранному пути, но теперь он был ясен и свободен от препятствий. Больше нет причин для колебаний — последнее оскорбление окончательно перетянуло чашу весов.

Когда Гвидо припарковал автомобиль на покрытой гравием площадке перед зданием отеля, Лука отодвинул стеклянную перегородку.

— Гвидо аннулирует твой заказ, — бросил он через плечо.

— Я предпочитаю сделать это сама, — поспешно возразила Эми. Она уступила настояниям Луки остановиться на вилле Джерми, но хотела показать ему, что вольна сама распоряжаться своими действиями.