Наконец, она подъехала к мотелю. По какой-то причине он назывался «Палмтри корт» («Пальмовый дворик»), хотя двора не было вообще, а ближайшая пальма росла, наверно, в нескольких сотнях миль южнее. Что ж, если сонный городок мог называться Дансером, почему бы не пойти дальше?

«Палмтри корт» был скоплением скромных домиков и единственной пригодной гостиницей. Тэлли разбудила старика, дремавшего в кресле-качалке за стойкой. Проснувшись, он проявил необычайный интерес к ее личности, но она быстро покинула его, оставив свои секреты при себе. Ее приятно удивило, что, несмотря на скромный вид, домик был уютным и чистым. Покрывало на кровати – ручной работы.

Тэлли бросилась на кровать. Смешно сказать, но она увезла у Джи Ди горошек и теперь приложила его к голове.

– Надо сейчас же позвонить Герберту, – проговорила она, но трубку не сняла.

Герберт Хенли был первым среди тех, кто «подходил». Три месяца назад, на день рождения Тэлли, он надел ей на палец бриллиантовое кольцо, неброское, но сделанное со вкусом. Герберт владел магазином скобяных товаров «Хенли хардвэйр». Он никогда не разгуливал в полотенце. У него был чистенький дом в престижном районе Догвуд-Холлоу. Даже дома он всегда надевал красивую рубашку и галстук, благодаря чему Тэлли и обратила на него внимание. Герберт ни за что на свете не разбирал бы на части двигатель на кухонном столе. Он гордился своей кухней, особенно оборудованием из нержавеющей стали. Он разделял ее неприязнь к собакам и держал персидского кота-медалиста по имени Битси-Митси.

Совершенно другая ситуация, чем в автосервисе Джи Ди, чей домик затерялся с зарослях сирени. Дом нуждался в покраске и почти скрывался в тени лудильной мастерской. Трава вокруг навесов (под ними стояли настолько громадные машины, что она даже приняла их за комбайны) была в человеческий рост. К тому же Джи Ди не носил обручального кольца, Тэлли заметила его отсутствие… Боже! Не значит ли это, что она все еще рассматривает его как вариант?