Если этот человек хоть раз возьмет над ней верх, ничего уже не исправить.

Джи Ди смотрел на нее с вызовом. Победить его решимость явно невозможно, подумала она. Проиграв в противоборстве взглядов, она опустила глаза. К сожалению, расстегнутая рубашка Джи Ди открывала великолепную картину его широкой груди. Ей пришло в голову, что Герберта она не видела полуобнаженным – а ведь они планировали совместную жизнь.

Джи Ди был великолепен. Тэлли ощущала его возбуждающую жизненную энергию – именно это кружило головы женщинам. Возможно, и Элана попалась так же.

– Одевайтесь, – приказал он, очевидно приняв ее замешательство за слабость.

Она почувствовала, как быстро бьется сердце. Но к чему показывать ему испуг и трепет?

– Нет, – сказала Тэлли, мысленно одобряя свой спокойный тон. – Вам придется вытаскивать меня отсюда, упирающуюся и кричащую. – Он остался равнодушным к этой угрозе, так что она добавила: – И это появится на первой странице «Дансердейли ньюс».

Джи Ди наклонился к ней очень близко. Она ощущала его дыхание на шее, оно было теплым, чувственным и – опасным. Его глаза с металлическим блеском не предвещали ничего хорошего.

– Я принимаю это как вызов, если вам угодно, – произнес он с обманчивой мягкостью. – Мне нетрудно закинуть вас на плечи и вынести. Вы не тяжелее мешка картошки. И мне плевать на «Дансер дейли».

– Раньше вы говорили по-другому, – напомнила она дерзко.

– Тогда я был другим человеком. С тех пор мир для меня изменился.

Похоже, и ее мир тоже опасно накренился. Главное – оставаться разумной. Она была из тех, кто знает, что делать, берет на себя ответственность. Сдаваться – это не для нее. Тем не менее, Тэлли применила менее агрессивную тактику и дотронулась до его руки.

– Давайте будем разумными, ведь мы – взрослые люди. Почему бы нам не подождать до утра?

Он смотрел на ее пальцы, лежавшие на его руке, пока она их не отдернула.