– Мы не пойдем к Герберту сегодня вечером, – сказала она.

Ну и ситуация!

– Милая, вы можете и не ходить. Пожалуй, без вас будет даже лучше. Я заеду в винный магазин, возьму хорошую бутылку канадского ржаного виски, его язык развяжется, и я все про вас узнаю.

– Это низко! И не называйте меня милой. Я – не ваша милая. И Герберт все равно не знает обо мне всего.

– Просто позор! Если кто-то и должен знать о вас все, так это он. Вы ведь собираетесь пожениться и все такое.

Он произнес это так, будто сомневался в серьезности их матримониальных намерений. Может, Герберт ему что-то сказал?

– А он знает, что вы носите кружевной бюстгальтер? – спросил Джи Ди небрежно.

Кейли перестала смеяться и изумленно охнула.

– Нет, не знает!

Он ухмыльнулся, и Тэлли поняла, что играет с мастером. Джи Ди пытался выяснить, была ли у них с Гербертом близость. Она почувствовала, что краснеет. С какой стати?! Ему-то явно не нужно семейное счастье.

Хватит! Она сама будет решать, как жить. Нельзя оставлять их наедине! Тэлли представила, как Джи Ди вытаскивает из Герберта все подробности их отношений.

– Вы не пойдете к Герберту без моего согласия, – распорядилась она по-царски, – или мы с Джедом не поедем с вами в Дансер.

Кейли опять охнула.

Небрежная поза Джи Ди не изменилась, но смех в глазах погас.

– Это ваш козырь, дорогая. Хотите разыграть его в самом начале игры?

– Не называйте меня дорогой.

– О'кей. Я скажу это только один раз, так что слушайте. Я готов сохранить дружеские отношения с вами. И хочу узнать моего сына и людей, которые будут его окружать. Мы с вами должны найти взаимоприемлемое решение вопроса о моем участии в его жизни. Могу сказать, что вы – прекрасная мать для него и у вас есть поддержка. – Он кивнул в сторону улыбавшейся ему Кейли. – У меня нет желания это менять. Я хочу навещать Джеда и знать, что происходит в его жизни. По-моему, это разумные требования. И тогда незачем привлекать юриста. Но, – и его тон опасно смягчился, – если вы станете чинить мне препятствия, не давать мне делать то, что я считаю полезным для сына, – дружбе конец. Согласны, Тэлли Смит?