Но не прошло и десяти минут, как тот же густой мужской голос отвлек ее от чтения:

— Послушайте, мисс… — Взгляд Барнса скользнул по груди Эвелин, на которой, разумеется, не было ничего похожего на бейдж с именем. — Я заказал номер с двумя комнатами и балконом. С балконом! — повторил он, гневно сверкая глазами. — А вы отправили меня в эту каморку!

Эвелин медленно закрыла книгу. Она точно помнила, что дала ему ключ именно от того номера, который был указан в компьютере, что не допустила никакой оплошности. Впрочем, даже если бы она что-то и напутала, все равно никому не позволила бы разговаривать с собой в таком тоне. Мгновенно вспыхнувший гнев подкатил к горлу удушающей волной.

Барнс громко кашлянул.

— У меня такое ощущение, что вы даже не собираетесь исправлять ошибку, — произнес он, буравя Эвелин взглядом.

— Не собираюсь! — ответила она. — Потому что лично я никакой ошибки не совершала!

Барнс саркастически усмехнулся и покачал головой.

— По чьей же тогда милости я вынужден страдать?

Страдать! Эвелин чуть не прыснула. Отсутствие балкона в номере этого типа, видите ли, заставляет страдать! Ей вспомнились беды, выпавшие вчера и сегодня на долю несчастных Лорин, Стивена да даже того маленького ребенка, истерзанного поездкой, жарой и продолжительным ожиданием. Вот это были настоящие страдания. Эвелин взглянула на привереду с вызовом.

— Послушайте… — Он опять посмотрел на ее грудь, обтянутую топом, и, как будто смутившись, быстро перевел взгляд на лицо. — Я приехал в Анахайм не отдыхать, а работать и требую поселить меня в такой номер, какой я заказывал.

Эвелин раскрыла таблицу и проверила записи в колонках напротив его фамилии.

— Ричард Барнс, — прочитала она вслух подчеркнуто громко и отчетливо. — Дата прибытия: второе августа. Номер четыреста пятнадцать. Как видите…