Кадир мрачно окинул взглядом пустую комнату. Она ушла. Тихая музыка и приглушенный свет служили слишком хорошим напоминанием о том, что случилось. Запах незнакомки, казалось, впитался в его кожу, несмотря на горячий душ. Это была непривычная смесь чувственной теплоты с оттенком чего-то, что он не мог определить.

Какой смысл терять время и думать о ней? Она для него — ничто. Просто женщина, подвернувшаяся в подходящий момент. Он бы не воспользовался ее предложением, если бы не обещание, данное им у постели умирающей матери, закончить отношения со своей любовницей — и как результат, слишком затянувшийся период воздержания.

К тому же будущему королю и супругу не подобает заниматься случайный сексом с незнакомой женщиной — с массажисткой, черт возьми! Что случилось с его выдержкой? Обычно он довольно легко справлялся со своими сексуальными желаниями. К тому же ему всегда нравились маленькие изящные женщины, а не чувственные амазонки с роскошными формами. Тем не менее, он все же уступил непонятно откуда взявшемуся вожделению.

Во всяком случае, этого нельзя было допускать вновь — ни с одной женщиной.

Кадир не собирался быть одним из тех правителей, которые, размахивая флагом своих высоких моральных принципов, втихаря предаются греху. В его жизни отныне нет места случайным связям. Конечно, у него было немало женщин, особенно в период его спортивной карьеры, но все это уже давно в прошлом. И последние несколько лет он встречался лишь с одной женщиной — Захрой.

Они стали любовниками только после смерти ее мужа. Своего рода это было очень удачное решение. Ему нравился их союз. Он не хотел привносить в их отношения эмоции. Любовница с бьющими через край чувствами его бы вряд ли устроила. Да и жена тоже.

В Венецию он приехал по делам, связанным с недвижимостью его матери, и был рад теперь, что заказал в отеле номер на имя, которым пользовался еще во времена своей спортивной карьеры. Из того, что ему удалось узнать, король Джорджио, его отец, вел довольно свободную жизнь в молодости, но был очень строг в этом отношении к членам королевской семьи, особенно к собственным наследникам.