— Если ты о том, что чиновники берут огромные взятки, в то время как большинство наших людей продолжает жить в бедности… — Ну что ж, меня это действительно возмущает, — сказал он резко.

Она умерла три дня спустя. Кадир не пролил на похоронах ни единой слезинки, чем вызвал немалое удивление своего брата.

Женщины! Какой здравомыслящий человек мог бы доверять им? Он уже давно знал не понаслышке об их двуличии. Ему было восемнадцать, когда оказалось, что его невеста куда как далека от невинности. Ко времени их знакомства у нее уже больше года была связь с ее женатым кузеном. Нельзя сказать, что раскрытие этого обмана разбило ему сердце. Он просто расторгнул помолвку — в конце концов, ее устроили его родные, — но этот случай научил Кадира не доверять женскому полу. Они лгали с их поцелуями и уверениями в любви, но больше всего они лгали насчет их верности. И зная все это, он так легко уступил своему физическому влечению к незнакомой женщине. Почему? Потому, что желание овладеть ею было сильнее, чем ему когда-либо приходилось испытывать? Чепуха, зло оборвал он себя. Она сама соблазнила его. А он просто взял ее. Это было подобно затмению. Воспоминания о незнакомке сотрутся из его памяти, как оставленная стоянка бедуинов исчезает под песками пустыни.

Кадир посмотрел на амулет. Подарок короля Джорджио его матери. В детстве он думал, что мама — самая прекрасная и замечательная женщина во всем мире. И она любила его, но тем не менее хранила свою тайну. Когда она передавала ему амулет, вероятно, перед ее глазами стояла картина возвращения домой странствующего сына.

Но Кадир не спешил возвращаться на родину. Первым делом он просто сообщил по дипломатическим каналам, что ему нужна личная встреча с королем Нироли.

Результатом стал поток писем и телефонных звонков и ДНК-тест, подтверждающий слова матери, без чего встреча с королем была бы просто невозможна.