— Я бываю здесь каждую неделю, — спокойно объяснил он. — Мне принадлежит здесь земля — виноградники, которые вы видите, оливковые рощи за ними. Я был соседом вашего отца и его самым близким другом. — После небольшой паузы он мягко добавил: — Подойдите сюда. — Он протянул ей руку.

Лили подошла, почему‑то сразу успокоившись, узнав, что Витторио был просто соседом. Поэтому‑то он так хорошо знал ее отца и его подругу; похоже, много знал и о ней самой; ее любопытство опять проснулось.

Девушка стояла рядом с ним у окна, очень близко. Она опять ощутила его тепло и исходящий от него запах дорогого одеколона, аромата Италии и мужчины.

— Мой дом, — сказал он, кивнув на зелень у горизонта.

Лили удивило, что она не видела его раньше, но, возможно, его просто не было видно с первого этажа. Вилла, окруженная горами, была великолепна; по бокам от нее росли громадные клены с густой листвой. Хотя она располагалась в значительном удалении, было очевидно, что она велика по размерам и очень красива; видимо, отражая индивидуальность владельца, вилла отличалась соразмерностью пропорций и каким‑то аристократизмом. Никакого другого жилья в густой зелени принадлежащих Витторио виноградников Лили не увидела.

— Это очень красиво, — вздохнула она.

— Ничего особенного, — сказал он отрывисто и отвернулся. — Сейчас я покажу вам водопровод. — Лили последовала за ним.

2

— …Вода здесь драгоценна. Я повторяю еще раз, когда вы принимаете душ… — спокойно объяснял Витторио девушке, уже находившейся в близком к истерике состоянии.

— Вам не нужно повторять мне это, у меня отличный слух! Вы хотите сказать, что мой отец принимал душ, стоя в пластмассовом резервуаре и сохранял эту воду для того, чтобы использовать в туалете?

— Только тогда, когда вода была на исходе.