Делая снимки, Шайен не сразу поняла, что сама стала объектом внимания и мишенью целой серии бросков.
В переулке стояли ряженые в красных костюмах чертей. Они нисколько не скрывали, что ищут для мучений новую жертву. Первая лежала у их ног. На землю, рядом с упавшим пиратом», сочилась какая-то жидкость. Темная, расползающаяся лужа.
Кровь?
Один из ряженых, со сползшей маской, поднял голову и посмотрел в сторону Шайен, когда она опустила фотоаппарат. Даже на таком расстоянии она почувствовала, что их взгляды встретились. Потом и другие посмотрели в ее сторону.
Вся четверка помчалась к ней бегом. Один из ряженых задел маской за острый выступ в стене, как раз на углу улицы. Маска порвалась, и стало видно лицо. Шайен сфотографировала его, а затем бросилась улепетывать.
Глава третья
— Рэтт Батлер, верно?
В голосе, прошептавшем ему на ухо вопрос, слышался говорок южных штатов. Грант взглянул на женщину, стоящую возле его локтя. Он с удивлением отметил, что она босонога и что обе лодыжки украшены веночком из цветов. На ее золотисто-каштановых волосах тоже был водружен венок, а тело украшал маскарадный костюм селянки. Маска, прикрывавшая лишь глаза, была немногим меньше лифа. Все говорило о том, что очаровательная селянка благосклонно отнесется к мужскому вниманию.
«В другое время, — подумал Грант, — я, пожалуй, поддавшись искушению, нашел бы для разговора более укромное место, чем-то, где мы сейчас находимся». Но ныне долг чести зовет его.
Улыбнувшись женщине, он сорвал с головы шляпу и ответил:
— Верно, и я дожидаюсь встречи со Скарлетт.
Женщина кокетливо вскинула голову, и по ее обнаженным плечам рассыпалась копна волос.
— Спорю, что твоя Скарлетт как женщина не стоит и половины меня.
Грант тихо рассмеялся про себя. Тело у селянки было, пожалуй, лучше, чем у Шайен. Зато остальное — ум, характер…