Он сомневался, что она поверила ему.

— Кое-что приходится делать самому. В противном случае задуманное меркнет и теряет свою привлекательность.

Он отвечал, не сводя с нее настороженного взгляда. Когда она задавала вопросы, глаза ее оживали, то и дело вспыхивали. И в них жила мысль. Они словно были зеркалом ее души.

Шайен сделала небольшой глоток, холодная вода взбодрила. Ей не хотелось больше ограничиваться разговором о работе. Самое время перейти к обсуждению других тем.

— Так мне сказали, — пояснила она. — Я бы ни за что не смогла представить, что кто-то делает за меня мою работу.

Одним из главных талантов Гранта было умение с относительной легкостью читать мысли людей. Он редко ошибался.

— У меня сложилось мнение, что вы тоже не откажетесь от своей работы, даже если вам и представится подобная возможность.

Их глаза встретились, и ее губы медленно растянулись в улыбке. Точно солнышко, подумал он, поднимается на горизонте.

— Вы правы, — она мягко улыбнулась. — Я бы ни за какие коврижки не отказалась. Мне нравится делать все самой. — Она принялась перечислять: — Продумывать все от начала и до конца, искать место будущих съемок. Самой снимать.

Он оказался прав, когда почувствовал, что она ни от кого не зависит. Интересно, угадал ли он также и остальное. Внешне она выглядела шикарной штучкой. А если содрать с нее покровы… что он найдет внутри? Сосульку? Или океан страстей?

— Вы работаете одна?

Стэн неоднократно предлагал дать ей, главному редактору, группу помощников, и его всегда удивлял ее отказ.

— Я одиночка, мистер О’Хара. Одной мне как-то лучше, — она по-прежнему улыбалась. — Когда нет помощников, то и под ногами никто не путается. И наоборот, когда работа не заладилась, то и винить, кроме себя, некого.

Если он не обманывается, она принадлежит к той породе людей, кто собственные ошибки никогда не будет ставить в вину другим, пускай на нее и трудилось бы все население Нью-Йорка.