— Позавтракать было бы здорово, — ответила она. — Тебе помочь?

На кухне Сэнди никогда не проявляла особых способностей. Даже чайник не могла вскипятить без того, чтобы весь не выкипел, но зато красиво, со вкусом накрывала на стол. Из них двоих Тони был лучшим поваром.

— Спасибо, я справлюсь сам.

Он приготовил яичницу и овсянку, хрустящие тосты, кофе, отыскал где-то банан.

— Придется разделить его на двоих. Думаю, мы не подеремся из-за него? — пошутил Тони. Именно такие шуточки-подначки во время их совместной жизни приводили иногда к ссоре. Сейчас это показалось Сандре просто забавным, и она лениво улыбнулась.

— Если только мне достанется большая часть, обороняться тебе не придется.

Поглощая яйца и овсянку, хрустя поджаренной хлебной корочкой, Сэнди решила, что выглядит довольно вызывающе в кружевном лифчике и трусиках. Однако и не подумала прикрыться. В глазах закона формально они с Тони все еще супруги, значит, ей нечего стесняться. Были бы разведены — другое дело.

До сегодняшнего дня о предстоящей вскоре судебной процедуре ни один из них пока не заикался. И, пожалуй, окажись они в одной постели, даже тогда гордость того и другого не позволит им отказаться от принятого когда-то решения расторгнуть брак. Будут спасать, как говорится, свое лицо…

Мысли Тони работали совсем в другом направлении. Как, черт возьми, себя вести, если она вертится передо мной в таком виде? Неужто не знает, сколь соблазнительно торчат ее груди?

В те годы, когда они жили вместе, он обожал приникнуть губами к твердым соскам прямо сквозь кружево лифчика или ткань тонкой, внатяжку блузки. Он хмелел от вожделения, срывая с нее трусики, за что ему тоже влетало, поскольку зашить их уже было нельзя. Теперь он тоже испытывал едва сдерживаемое желание. Воспоминания только подхлестывали его.

Он хотел ее сейчас, немедленно!

Хорошо, что Сэнди решила умыться и почистить зубы, иначе он повалил бы ее прямо на пол.