— Хорошо, — медленно кивнул Ронан, с призрачной надеждой вглядываясь в ее лицо. — Обязательно... обязательно сделай это, Керри... Керри Дойл. Особенно рекомендую вертолетную прогулку над городом.

— Обещаю, господин гид, — шутливо ответила она. — Завтра же поднимусь в небо.

Он отпустил ее руку, отпустил ее саму, и Керри направилась к дверям отеля. Она сделала несколько шагов, но, приостановившись, обратила к Ронану свое миловидное улыбающееся личико и помахала ему.

Ронан словно ждал именно этого знака. Через миг, равный двум прыжкам, он оказался возле нее и, обняв, жарко поцеловал, словно они только что встретились после разлуки. Он заключил лицо Керри в свои ладони и целовал ее разгоревшиеся щеки. А она только удивлялась тому, какие нежные, теплые и ласковые у него губы.

— Удачи тебе, Керри Дойл, — освобождая Керри из своих объятий, напутствовал ее Ронан.

— Спасибо. И тебе тоже желаю удачи, Ронан О'Киф, — все еще не веря в реальность неизбежного расставания, отозвалась она.

Он в последний раз склонился к ее лицу и оставил на ее щеке уже сугубо дружеский прощальный и признательный поцелуй.

Ронан теребил соломинку в стакане с коктейлем, отчего прозрачные кубики льда слабо клацали от соприкосновения с тонкими и высокими стекольными застенками. Он бессмысленно смотрел на окружающих, то поднося стакан к губам, то отдаляя его, еле пригубив. Все они были просто прохожие, и лишь некоторые сами останавливали на себе его взгляд, чем-то разительно отличаясь от безликости толпы. Тогда его пытливость на миг напоминала о себе, но тотчас ослабевала, уступая место скуке и иному, хоть и смутному, но оттого не менее ощутимому чувству. И если это было не разочарование от потери, то досада от упущения.