В такие минуты ему становилось по-настоящему страшно и хотелось бросить все и уехать в Лондон, где ему уже давно предлагали место в частной клинике. Теплое уютное местечко, где не нужно будет каждый день думать, где взять лекарства, как заставить флюорографический аппарат пятидесятого года выпуска делать снимки нормального качества, чем, в конце концов, кормить сегодня пациентов! Но доктор Хэттвей тут же брал себя в руки, мысленно желал членам попечительского совета здоровья и принимался за текущие дела.

Городская больница Суонси была одной из крупнейших больниц графства Уэст Гламорган, но от этого почетного звания богаче не становилась. Лишь с каждым днем увеличивалось число обратившихся за медицинской помощью. Только благодаря профессионализму врачей и медсестер больница до сих пор пользовалась доброй славой, а не стала клоакой для бездомных бродяг. Впрочем, и бродягам здесь тоже находилось место. Под крышей больницы Святого Петра любой мог найти временное убежище, где можно было бы поправить здоровье… или без мучений покинуть этот мир.

Дэнис Хэттвей без малого двадцать лет был связан с медициной и почти привык к смерти.

Он шел по коридору реанимационного отделения, подавленный и безумно уставший. Дэнис благодарил Бога за то, что хотя бы сюда не доносится шум. В реанимации, за тяжелыми металлическими дверями, царил хоть какой-то покой. А это было именно то, чего хотел главный врач.

С посеревшим от усталости лицом рядом шла одна из лучших медицинских сестер больницы Элизабет Боунс. Принимая ее на работу, Хэттвей вовсе не был уверен, что она справится. Хрупкая, невысокая, с широко распахнутыми синими глазами Элизабет казалась не от мира сего. Но опасения главного врача не оправдались. Всего через полтора года он взял Элизабет, которую к тому времени все уже называли просто Бетси, в свою команду. Иногда, в минуты радужного настроения, Дэн Хэттвей шутил, что у лучшего хирурга должны быть лучшие помощники. Дэн был действительно одним из лучших хирургов больницы, а Бетси – лучшей медицинской сестрой.