Я глотнула сока. Пожалуй, это было самое противное утро в моей жизни.

Ванессу я стала воспринимать как злобную мачеху из сказок, которые мне читала Джеки перед сном. Мне раздражало в ней все: длинные ноги, которые она мазала маслом, острые ногти, покрытые вызывающим красным лаком, и кривая улыбка, возникавшая в моем присутствии. Она все дни напролет лежала перед телевизором с противной маской на лице и накручивала на рыжие волосы бигуди. Джеки и отца не было дома до вечера, и мне приходилось после школы сидеть во дворе – я не могла находиться рядом с Ванессой!

Порой мне казалось, что она из сатанинской армии. Я даже подкладывала ей крест под подушку и обливала ее одежду святой водой. Джеки над этим смеялась, но не препятствовала моим шалостям.

Однажды Ванесса повела меня в парк на аттракционы. Она даже попыталась взять меня за руку, но я холодно отошла в сторону. Ванесса присела на корточки и посмотрела мне в глаза.

– Ты меня боишься? – спросила она.

– Нет, я хожу в церковь по воскресеньям с сестрой, – ответила я.

Ванесса, видимо, не поняла, что я имела в виду, и опять натянула улыбку. Потом она схватила меня за руку и потащила в парк.

– Глазированное яблоко! – сказала она в стеклянное окошечко. – Ты же любишь яблоки? – обратилась она ко мне.

– Нет, у меня на них аллергия. Я люблю мороженое! – ответила я.

– Нет. Мороженое вредно для горла. Я куплю тебе сладкую вату.

– Но я не хочу сладкую вату! – противилась я.

– Тогда останешься без сладкого! – грубо ответила Ванесса. – Хочешь попрыгать на батуте?

Я удивленно посмотрела на нее.

– Ванесса, я с семи лет не прыгаю на батуте. Я хочу на «Бешеные пляски». Джеки мне разрешает! – Я показала на высокоскоростной аттракцион.

– Ты еще маленькая!

Я поникла и взглянула на батут, на котором кувыркались трехлетние дети.