— Может, и так. Только одно дело целовать, другое — быть твоей любовницей. Я не шахматная фигура из слоновой кости, чтобы ты двигал меня по доске, как тебе заблагорассудится. У меня есть чувства и прошлое. Проводить пару часов в неделю в постели с тобой, а остальное время делать вид, что ни тебя, ни Крис не существует. Нет уж, помилуйте. Забудь об этом.

— Но ты сама говорила, что не любишь загадывать.

— Но ты просишь меня броситься с головой в омут, а я не умею плавать!

— Порой по-другому не научишься!

— Это не для меня. Ничего не выйдет, Патрик. А теперь, будь любезен, отвези меня к моей машине.

— Ты совершаешь ошибку.

— Ошибкой была бы любовная связь такого рода.

Его лицо погасло, превратилось в камень.

— Что ж, хорошо, — сказал он и пошел вверх по склону. Они сели в машину, и Падди холодно проговорил: — Надень, пожалуйста, шляпу и очки.

«Лендровер», подскакивая на кочках и ухабах, двинулся к шоссе. Брайди спрятала волосы под шляпу и завязала тесемки под подбородком, надела очки. Они молча ехали до самой улочки с кафе, где она оставила машину Шэрон.

Когда они приехали, Падди проговорил:

— Если захочешь найти меня, знай, я заведующий кафедрой инженерного факультета в университете.

— Нам незачем искать друг друга, — проговорила она.

— Я не говорил, что мы должны видеться. Я сказал, в случае крайней необходимости. Где твоя машина?

— Вон та белая.

Он поставил свой «лендровер» на стоянку неподалеку от «форда».

— Будь внимательна, Брайди.

— Буду, — кивнула она, вяло улыбнувшись. Вышла из машины и побрела к «форду». Итак, она потеряла Крис, нашла и снова потеряла. И Падди, мужчину, который ничем не походил на прочих мужчин, нашла и потеряла.

Всего за какие-нибудь двадцать четыре часа.