— Папа, ты слышал, что я сказала?

— Конечно, слышал, Мэгги, — добродушно ответил отец. — Но разве ты не видишь, что у нас гостья?

Внезапно смутившись, девочка посмотрела на Дороти такими же темно-синими, как у отца, глазами.

— Прошу прощения, — застенчиво пробормотала она. — Я не хотела мешать вам, но не могла дождаться, чтобы сообщить папе эту новость.

Дороти сочувственно улыбнулась ей, вспомнив, как сама врывалась в дом, торопясь поделиться с отцом столь же волнующими новостями из школы. К сожалению, таковыми они были лишь для нее, отец выслушивал ее рассказы без всякого интереса. А вот Джордана они явно интересовали, о чем говорило право девочки в любой момент претендовать на его внимание и время.

Дороти улыбнулась девочке.

— Не сомневаюсь, что твои новости важнее всего того, о чем я говорила с твоим папой.

— А о чем вы с папой беседовали? — бесхитростно спросила девчушка, усаживаясь на край отцовского стола.

— Мэгги! — резко остановил ее отец.

Дороти с трудом удержалась от смеха, поскольку девочку совершенно не смутило замечание.

— Я из издательства, где печатается твой папа и…

— Вы Д. Уинтерс? — В синих глазах Мэгги вспыхнул неподдельный интерес.

Эван Джордан выпрямился за столом.

— А что ты знаешь о Д. Уинтерс? — осведомился он.

Мэгги остановила взгляд на гостье, не обращая внимания на мрачное выражение отцовской физиономии.

— Значит, вы и есть тот самый редактор? — настойчиво повторила она. — Я всегда чувствовала, что это женщина.

— Каким образом, черт побери, ты могла это чувствовать? — нетерпеливо спросил отец.

Она повела худым плечиком.

— Просто по тону писем.

— Интересно, что же это был за тон?