Лицо отца покрывал багровый румянец, и она догадалась, что причиной его возбуждения был не только гнев, который он и не пытался скрывать. Перевалило за три часа, когда самым приятным времяпровождением был неторопливый отдых после ленча, и он с удовольствием смаковал свое любимое вино. Вызывал удивление тот факт, что сегодня в его кабинете попахивало не только ароматным мартини, но и виски.

Что же до ее брата Нейла, то он вообще не должен находиться здесь, ибо вчера отец отослал его с деловым поручением, и предполагалось, что он вернется лишь через несколько дней. Но и то немногое, что ей довелось услышать из их возбужденного разговора, позволило понять, что спор между отцом и сыном вызван неудачей Нейла в его миссии.

Отец сидел за внушительным дубовым столом, уперев локти в столешницу, обтянутую зеленой кожей. В свои пятьдесят с лишним лет Уинтерс выглядел моложавым мужчиной, его темные волосы лишь на висках были чуть тронуты сединой. Он редко сердился, но сейчас холодными серыми глазами смотрел через комнату на своего рохлеватого сына.

— Пусть брат ответит на твой вопрос, — презрительно бросил он.

Юношеское лицо Нейла покраснело от обиды.

— Я объяснил тебе, что моей ошибки тут нет, потому что…

— Ты сказала: «Поручи ему что-нибудь ответственное», — нетерпеливо бросил отец в сторону дочери. — Мол, пусть покажет, на что способен, — издевательски добавил он. — И что же случилось, когда я в первый раз попробовал претворить этот совет в жизнь? — Он с силой хлопнул руками по кожаной поверхности стола, давая понять этим жестом, что все ясно без лишних слов. — Его просто бесцеремонно выставили за дверь, вот что случилось! Словно какого-то надоедливого коммивояжера! — Он с раздражением покачал головой. — Хуже некуда, Дороти. Мы с тобой оба знаем…