— Привет, — улыбнулась Мэгги, появившись в дверях спальни. — Я решила зайти за вами и проводить в столовую.

Она была полна такой непосредственности, что у Дороти не повернулся язык заявить, что экономка уже все ей растолковала.

— Заходи, — пригласила она девочку. — Я как раз пытаюсь справиться с прической. — Она тряхнула густыми распущенными прядями.

Мэгги легко впорхнула в комнату. Она уже сменила школьную форму, и теперь на ней были черные обтягивающие брючки и свободная белая рубашка.

— Ой, как здорово! — восхитилась она, когда Дороти привычно стянула волосы узлом на затылке. — А вы когда-нибудь думали остричь их? — Усевшись на постель, она склонила голову набок, оценивающе глядя на прическу. — У них такой потрясающий цвет; я не сомневаюсь, что короткая стрижка будет классно смотреться.

Дороти не приходила в голову мысль сделать короткую прическу; она всегда носила длинные волосы.

— Гадкий утенок все равно никогда не станет прекрасным лебедем, — усмехнулась она.

Девочка покраснела.

— Я вовсе и не думала… И совсем вы не гадкий утенок!

Дороти и сама смутилась, поставив Мэгги в неловкое положение.

— Не обращай внимания, милая, — непринужденно бросила она.

— Но я в самом деле так считаю, — продолжала настаивать та и завистливо добавила: — Мне всегда хотелось быть рыжей.

— Да у тебя самой прекрасные волосы.

— Понимаете, — девчушка скорчила рожицу, — я думаю, что всем нам хочется того, что есть у другого. — И вдруг спросила: — Вам не повезло с моим папой?

— Не повезло? — заморгала Дороти, удивленная неожиданной сменой разговора. Видно, ее реакция на внешность Джордана и его манеру вести себя была слишком откровенной, коль скоро даже девочка обратила на это внимание. — Что ты имеешь в виду, Мэгги?

— Вы не смогли убедить его не убивать бедного старину Роджерса.