Габриэла часто заходила в гости, и Мелисса с гордостью рассказывала о своем любимом — что скоро он наверняка получит главную роль, станет знаменитым, и тогда наступит абсолютное счастье. Наивные мечты…

Пытался разрушить их только отец Мелиссы. Пятидесятилетний Алан Уиллис изначально не одобрял выбор дочери. Он, как и многие отцы, ясно представлял себе тот день, когда поведет Мелиссу в белом подвенечном платье к алтарю, где ее будет ждать жених. Жених, который сможет сделать его дочь счастливой.

Питер Хокман, по мнению Алана Уиллиса, совершенно не подходил Мелиссе. Актер? Ну что за профессия! Неизвестный актер? Еще хуже! Наверняка бездарь с замашками гения. Из тех, которые лет до сорока скачут по жизни вприпрыжку, а потом находят свое место за барной стойкой, поняв, что они всего лишь неудачники. Разве можно положиться на такого человека? Разве можно ему доверить самое дорогое?

Поэтому, разумеется, Алан Уиллис совсем не обрадовался, когда Мелисса призналась, что они с Питером решили жить вместе. Он пытался повлиять на дочь и отговорить ее от этого шага. Сначала убеждал, приводя разумные доводы, что этот мужчина ей не пара. Потом пытался добиться своего молчаливым укором. Все напрасно. Мелисса влюбилась. Да так сильно, что готова была пойти наперекор отцу.

— Я никогда не перестану любить тебя, папа, — сказала она после очередного тяжелого разговора, — но дай мне возможность жить собственной жизнью. Пойми, Питер для меня очень дорог. И если ты будешь мне мешать, то тогда точно потеряешь меня.

И Алан Уиллис сдался. Махнул рукой — делай что хочешь. Мелисса вздохнула с облегчением.

Но, к сожалению, в отношениях отца и дочери наметилась трещина, которая начала расти с тех пор, как она переехала из отчего дома в съемную квартиру. Алан Уиллис страдал, но, поскольку считал себя сильным мужчиной, был уверен, что не имеет права проявлять свои чувства. Поэтому, когда Мелисса заезжала его проведать, он встречал ее напряженным молчанием.