Мелисса взглянула на него с благодарностью. Как она могла думать, что он не поймет ее душевных переживаний? Как могла предположить, будто папа будет поучать в такой тяжелый момент? Он поступил так, как и должен был поступить близкий и родной человек.

И будто не было нескольких месяцев напряженного молчания и сухих телефонных разговоров. Странно, но, потеряв Питера, Мелисса осознала, что вновь обретает гармонию отношений со своим отцом. Если честно, то ей стало немного легче, потому что рядом был любящий и готовый помочь человек…

— Знаешь, я просто в шоке! — Габриэла недоуменно пожала плечами. — Я была уверена, что Питер относится к тебе более чем серьезно. И ты рассказывала, и сама я видела. Бред какой-то!

Мелисса только что поведала ей историю, произошедшую вчерашним утром. Молодые женщины сидели в кафе. Народу было немного, и ничто не мешало неторопливому разговору.

Габриэла отодвинула чашку с нетронутым кофе. Неожиданные новости расстроили ее.

— Как ты, дорогая? — участливо взглянула она на подругу.

— Ничего, — ответила та.

Действительно, боль немного отступила, и дышать стало легче. Вчера Мелисса весь вечер провела, беседуя с отцом. Он утешал ее — говорил, что все, что ни делается, к лучшему, что неприятности случаются со всеми, что в страданиях душа закаляется и даже самый горький опыт полезен…

Отец был, конечно, прав, и умом молодая женщина это понимала. Но сердце болело, а душа была не на месте. Ведь Питер даже не позвонил ей ни разу со вчерашнего дня! Стала бы она с ним разговаривать или нет — другой вопрос, но он даже не попытался что-то объяснить!

— На самом деле я полностью раздавлена, — проговорила Мелисса. — Я знаю, что нужно как-то жить дальше, что-то делать… Но все мои мысли только об одном.

— Я понимаю, — сочувствующе кивнула Габриэла. — Тебе бы сейчас отвлечься. Хочешь, погуляем? Или сходим в кино? По магазинам?