Брик кивнул и встал. С тяжелым сердцем он наблюдал, как она скользнула в воду. Он подумал с иронией, что всю свою жизнь он профессионально что-то разрушал. Он был экспертом по разрушению. Черт, он не мог войти ни в один дом без того, чтобы не отметить про себя его слабые места, не представить, как сподручнее свалить его. И вот теперь он стоит над обломками собственного счастья, разрушенного, видимо, опять же им самим.

Он наблюдал за Лизой, и мука сожаления росла в нем одновременно с вожделением. Если он действительно хочет вернуть Лизу, ему придется что-то склеивать, и крепче, чем раньше.

— Ну как последний кандидат? — спросила Сенада, присев на письменный стол Лизы и скрестив ноги.

Лиза поспешно убрала бумаги из-под пышного зада своей компаньонки. Унаследовавшая длинные черные волосы, знойную смуглость и большие карие глаза от мамы-пуэрториканки, умение флиртовать Сенада Кэлоун позаимствовала от папы-техасца. Она привлекала мужчин с той же легкостью, с какой нормальные люди чистят зубы. Откликаясь на прозвище Син, то есть грех, Сенада любила повеселиться, но не принимала всерьез никого из этих многочисленных похотливых мужиков, окружавших ее.

Однако, по мнению Лизы, она начала проявлять слишком уж большой интерес к Лизиным поискам мужа. Лиза поморщилась, вспомнив последнее свидание, и уклончиво ответила:

— Интересный парень.

Сенада изогнула дугой одну бровь.

— Интересный означает проигравший.

Лиза сложила бумаги.

— Я бы не назвала его проигравшим, но и не думаю, что он будет хорошей парой. Он привлекателен, но, похоже, слишком уж любит женщин. Год назад он вступил в какую-то религиозную секту, допускавшую многоженство. Более того, значимость мужчины там измеряется числом его жен.

— Ты слишком сдержанна. Подлец оказался женатым? — даже не удивилась Сенада.