Раньше. Не сейчас, осадила она себя. Лиза подавила желание обрушить на Карли лавину вопросов и даже ухитрилась улыбнуться:

— Спасибо, не сейчас.

Брик услышал ответ Лизы, но не знал, следует ли ему почувствовать разочарование или облегчение. Он едва справлялся с острым желанием затолкать Лизу в машину и вернуться в Чатанугу. Трудно было объяснить это даже самому себе, но он понял, что просто не хочет делить ее ни с кем, даже с родственниками.

Чертовски эгоистично, признал он, но это ничего не изменило. Он не желал чьего-либо вмешательства в его отношения с ней. Брик фыркнул. В конце концов, стоит ли ему беспокоиться, что кто-то ухудшит эти отношения, которые он сам испортил. А вдруг как раз чужое вмешательство все поправит?

Отбросив беспокойные мысли, Брик взял ее за руку.

— Пойдем швырнем благотворительным пирожным. Мишель — мой старый школьный учитель, а я должен отдать ему должок.

— Должок за что?

— В седьмом классе он весь год оставлял меня после уроков.

— А ты этого совершенно не заслуживал?

Брик самодовольно ухмыльнулся.

— Может, немного.

— Чем именно?

— Безвредными проделками... с лягушкой и учителем английского, битьем блюд в столовой и... — Он поколебался, и ухмылка сошла с его лица. — Да и домашних заданий я не выполнял.

— Я могу вообразить и лягушку, и битье блюд, но мой отец убил бы меня, если бы я не делала домашних уроков.

Брик отвел глаза, прищурившись от яркого солнца.

— Куда там, мой-то папочка не обращал на меня никакого внимания, мама умерла, а мачеха была настоящей ведьмой.

Ветерок подхватил прядку его выцветших на солнце волос, и у Лизы сжалось сердце.

— Как жестоко, — пробормотала она.

Он пожал своими широкими плечами.