Кристиан, в свою очередь, был не меньше Вивьен потрясен своими ощущениями. Острое, сладостное желание обладать этой женщиной сопровождалось сильнейшей потребностью ее защищать и оберегать.

Когда мелодия смолкла, они, словно очнувшись от приятного сна, вернулись к своему столику, над которым уже колдовал официант.

Вивьен чувствовала, как у нее неистово колотится сердце и немножко шумит в ушах, как во время посадки самолета. В голове все смешалось, и стук сердца отдавался в ушах и множился как эхо. Постоянно испытываемое ею в последнее время ощущение страха и опасности полностью исчезло. Ей было невероятно хорошо рядом с Кристианом Ричардсоном! Хотелось, чтобы этот вечер никогда не кончался.

Кристиан же испытывал нечто среднее между эйфорией и смятением. Он всегда был в состоянии сдерживать свои порывы, контролировать свои чувства к женщинам. Он умел, оставаясь хладнокровным и независимым, переводить отношения из любовных в дружеские. Да, он любил женщин и получал удовольствие от их общества, но его чувства никогда не были задеты. Но сейчас, чувствуя напряжение в паху и в то же время испытывая прилив невероятной нежности при виде ее раскрасневшегося личика, Кристиан уже далеко не был уверен, что ему и дальше удастся сохранять свою обычную невозмутимость. Нет, эта женщина затронула какие-то тайные, глубоко запрятанные струны в его душе, о существовании которых он даже и не подозревал, и теперь он чувствовал себя человеком, который держит в руке горящий уголек, обжигает руки, но ни за какие сокровища мира не согласится его отпустить.

Подведя Вивьен к столу и помогая сесть, он не удержался и поцеловал ее в макушку.