Он опять растянул губы в той же ленивой усмешке, которая так ее рассердила.

— Чтобы поговорить о доме, — уточнила она, вспомнив его слова о приятном времяпрепровождении, и высокомерно вздернула подбородок.

Джейк оперся бедром о перила и наклонил голову.

— Значит, вы слышали, что я решил восстанавливать дом. А что еще вы слышали? Я любопытен. Очень забавно иногда переиначиваются при пересказе разные истории, вы не находите?

Это ее доконало. Она резко убрала руку с перил.

— Так вы здесь не из-за дома? — спросила она, и Джейк уловил в ее словах растерянность. Заодно отметил низкий, чувственный тембр голоса. Он вслушивался в него с той секунды, как она в первый раз открыла рот, этот голос казался ему мучительно знакомым. Но вряд ли. Мизандерстуд — маленький городишко, и если бы он был с нею знаком, то вспомнил бы. Нет, она явно новый человек в городе. Относительно новый, принимая во внимание его одиннадцатилетнее отсутствие. — Мистер Уокер! — окликнула она его.

Джейк изогнул бровь, уловив вызов в ее голосе. Он примирительно поднял руки.

— Ладно, в этом вы правы, я Джейк Уокер, — признал он и неохотно пожал вновь протянутую руку. По контрасту со строго деловой внешностью и властным голосом ладонь ее оказалась по-детски мягкой. Но тут вдруг взыграли его расшатанные, вечно напряженные нервы, о которых он в пылу пререканий почти забыл, и настоятельная потребность отдернуть руку оказалась почти неодолимой. Однако Джейк уже научился обуздывать свои чувства. Он медленно сжал руку и, почувствовав пожатие, скользящим движением высвободил свою ладонь.

Искушение вытереть руку о джинсы, чтобы избавиться от ощущения мучительного покалывания и зуда, было дьявольски настойчивым, но он пересилил себя и засунул ладони за ремень брюк.

— Думаю, мисс Бьюкенен, раз уж вас проинформировали о том, что я решился восстановить этот дом, то вам не стоит беспокоиться. — Он криво ухмыльнулся. — Решение, кстати, принято не мной. Мне было заявлено, что, если я его не отремонтирую, дом будет признан негодным для проживания. В моей записной книжке это записано как ультиматум.