Некий внутренний голос словно подсказывал: ей не следует связывать себя серьезными обязательствами. Почему — об этом Кандида понятия не имела. Ощущения ее были настолько расплывчаты, туманны и необъяснимы, что она не решалась поделиться ими даже с Абигейл. Однако знала одно: в силу каких-то загадочных причин ей следует подождать... Но чего? Или кого? На эти вопросы она ответа не находила. Однако верила: так надо.
2
— Но шампанское мы не заказывали... — начала Кандида, когда официант принялся расставлять на столе бокалы.
Абигейл и Марти переглянулись с заговорщицким видом.
— Мы ведь договорились, что угощаю я, — мягко упрекнула их Кандида.
— Знаю, знаю, но ведь это наш праздник! — ласково напомнил Марти.
Кандиде ничего не оставалось, как согласиться. Глаза ее, огромные и выразительные, на мгновение затуманились слезами.
— Если бы не ты... — чуть слышно проговорила она, повернувшись к Абигейл, и умолкла, не в состоянии продолжать.
Все трое немного помолчали, не в силах справиться с обуревающими их чувствами. Атмосферу разрядил Марти. Он поднял бокал и провозгласил:
— За тебя, Кандида!
— Да, моя девочка, за тебя! — подхватила Абигейл.
Любуясь раскрасневшимся лицом своей подопечной, она не уставала удивляться жизнеспособности и стойкости человеческого организма. Эта пышущая здоровьем, энергичная девушка нисколько не походила на обессиленную, истекающую кровью жертву несчастного случая, безжизненно распростертую на больничной каталке...
— Я сейчас вернусь, простите, — сказала Кандида, вставая и отодвигая вазочку с мороженым.
Она вышла в холл и миновала уже вход в соседний зал, как вдруг стеклянные двери распахнулись, пропуская трех мужчин. В двоих Кандида сразу узнала исполнительных директоров «Гелиоса», а вот третий...
Сердце ее беспомощно дрогнуло в груди. Глаза недоверчиво расширились, а ноги словно приросли к полу...