— Уайтл уволился, — выдохнула Габби, понижая голос до шепота.

И прежде чем Патрисия успела задать следующий вопрос, затрещал селектор и очень низкий, с легким акцентом голос, в котором угадывалось раздражение, произнес:

— Что с моим ланчем, мисс Хован? Прошло уже больше часа.

— Девушка только что привезла его, мистер Бенционни.

— Давайте ее сюда, — пророкотал он начальственным тоном.

Габби бросила двусмысленный взгляд на наряд Пат.

— Я могу подать ваш ланч, мистер…

— Я же сказал — пусть сама принесет, — не давая ей договорить, рявкнул селектор.

— Не бери в голову! — прошептала секретарша. — Он всегда такой, во всяком случае, с тех пор, как занял этот пост.

Пат понимающе кивнула и приготовила одну из своих самых обворожительных улыбок.

Ей захотелось увидеть нового шефа Габби. Она постучала и вошла в большую, элегантно отделанную комнату. Кремовые и болотно-зеленые тона говорили о хорошем вкусе хозяина. Оценив это, она почтительно остановилась.

Первое, что бросилось в глаза при беглом взгляде на сидевшего перед ней мужчину, — это поразительное сходство с ее собственным мужем. Волосы цвета воронова крыла и отливающие металлом темные глаза. Совсем как у Эдди! Вероятно, как и он, новый управляющий — сицилиец, но только без обаяния и приветливости мужа. Казалось, этот человек вообще не знает, что такое улыбка.

Неудивительно, что он хмуро прореагировал на ее появление. Она уловила едва заметное нетерпеливое движение: его широкие плечи в прекрасно сшитом черном, в тонкую полоску костюме слегка приподнялись, выражая покорность утомленного человека, который все это видел и явно не желал видеть снова. Это ощущение усиливала холодность, исходящая от его безукоризненно-белоснежной сорочки и строгого темного галстука.

Пат почти физически почувствовала холодок, которым он обдал ее, и ей показалось, что температура в офисе упала на несколько градусов. О Боже, подумала она, этот человек безукоризненного вкуса, и я в своем нелепом наряде выгляжу смехотворно! Надо же так влипнуть!