Доминик покрутил ручку.

— Вопрос слишком сложный, и его нельзя решать впопыхах.

— Но зачем заставлять принцессу Изабеллу двадцать пять минут томиться в комнате для заседаний?

— В конечном итоге она поговорит с Эдуардо, — ответил он с показным безразличием.

— А если нет?

Доминик пожал плечами.

— Не люблю, когда на меня давят.

Сильвана опустилась на стул по другую сторону стола.

— Это совсем не так. Она направляется на Нироли, а по дороге остановилась здесь, чтобы нанести визит вежливости…

— Это она тебе так сказала? — спросил он.

— А ей это и не понадобилось. Всем известно, что она была на свадьбе в Белстенстайне в качестве представителя короля Джорджио. И в розовом платье от Риччи была просто восхитительна.

— Возможно, некоторым известно также, что Рим не находится на пути из Белстенстайна на Нироли.

— У нее могли быть другие дела в Риме.

— Вряд ли, — мрачно улыбнулся Доминик. — Конечно, если в этот уикенд в Риме была какая-то кинопремьера, показ мод…

— Ты умышленно не хочешь понимать суть дела.

— Нет, это ты не понимаешь. — Он резко повернулся. — Если я решу строить курорт на Нироли, то только потому, что сочту это выгодным. Если решу не строить, то только потому, что не сочту выгодным. Но пока я не пришел к тому или иному решению и хочу узнать, почему Люка Фиерецца решил заняться проектами вдали от Нироли.

Сильвана в изумлении открыла рот.

— Откуда… ты знаешь, что он собирается сделать это?

— Стараюсь все знать. Поэтому-то я добиваюсь успеха во всех своих делах. У него должна быть какая-то веская причина. А я не собираюсь вбухивать миллиарды в строительство на Нироли, пока не узнаю, какая.