— Трудно сказать. Я сама знаю ее всего пару дней, так что у меня не было времени это выяснить. Но по сравнению с другими младенцами, которых я вижу каждый день, она просто пышет здоровьем.

— Родители устроили из-за нее перетягивание каната. Этот ребенок заслуживает лучшей участи.

Улла едва не сказала, что, поскольку Поль Вальдонне не испытывает к дочери особого интереса, девочке такая участь не грозит, но вовремя остановилась. Конечно, симпатии Ирен на стороне ее работодателя. А симпатии Уллы — на стороне Юлии. Несмотря ни на что.

— В данный момент этот ребенок заслуживает, чтобы его искупали и накормили. Вы не могли бы спуститься на кухню и подогреть бутылочку, пока я приготовлю ванну?

— В этом нет нужды. На здешней кухне есть подогреватель для бутылочек и бар-холодильник. Я не хотела, чтобы вы каждый раз бегали по лестнице, когда малышка проголодается. Подержите ее, а я тем временем приготовлю ванну. Пока вы будете ее купать, я позабочусь о бутылочке. Не думайте, я не собираюсь вмешиваться. Вы наверняка устали с дороги. Вам понадобится помощь, чтобы освоиться на новом месте.

Она была права: утомление начинало сказываться. Шея и плечи болели так, словно Улла отдежурила на участке двадцать четыре часа.

— Ирен, вы настоящее сокровище, — сказала она, благодарная экономке за заботу и сочувствие. — Большое спасибо.

— Пожалуйста, мадемуазель. Кстати, рядом с камином в гостиной имеется звонок. Еще один есть в детской. Звоните в любое время дня и ночи. Кто-нибудь обязательно поднимется.

— В данный момент меня волнуют только две вещи. Во-первых, вы не могли бы принести из гостиной пакет с пеленками? Иначе мне придется лезть в чемодан Хельги за чистым бельем. А во-вторых, прошу называть меня Уллой.

— Не уверена, что месье это одобрит. — Ирен наполнила теплой водой ванночку, поставила рядом корзину с Детскими лосьонами, мылом и губкой, прошла в гостиную и вернулась с пакетом. — Прислуга должна была называть его бывшую жену мадам Вальдонне, хотя та была шведкой, как и вы, и не любила церемоний.