— А как насчет очаровательной девушки, которая живет в этом доме? — с улыбкой спросил Джон. — Мне разрешается подарить ей что-нибудь на Рождество?

— Она тоже ничего не ждет от Рождества. И ничего не хочет.

Джон изучающе посмотрел на собеседницу: за ее отказом он усмотрел многое, в том числе и то, что Келли не желала верить в чудеса и потому отвергала и Санта-Клауса, и возможность получить изысканно упакованный рождественский подарок, и пение гимнов в рождественскую ночь. Если поверить в сказку, то потом может быть очень больно. Легко представить горе ребенка, которому сказали, что Санта-Клаус не сможет сбросить для него через печную трубу желанного пони.

— Келли! — Ее имя прозвучало в его устах как ласка. — Разве вы не верите в Рождество?

Стараясь не поддаться его чарам, она ответила строгим, официальным тоном:

— Конечно, я верю, что Рождество — единственный день в году, когда люди стараются отбросить в сторону свои разногласия и любить друг друга. Но только когда все другие дни станут такими же, я буду ратовать за Рождество.

— Значит, вы не верите в Санта-Клауса, в чудеса?

Она пристально посмотрела на него.

— Рождество наступит только через четыре недели.

— Тем лучше. Еще четыре недели можно ждать чуда.

Взволнованная теплотой его взгляда, Келли отвернулась и сердито пробурчала:

— Не пытайтесь убедить меня, что эти свечи и гирлянды тоже произрастали на ферме ваших родителей. По соседству с колокольчиками, что висят сейчас у парадной двери.

— Разве девочки не заслуживают рождественского праздника, независимо от того, что вы об этом думаете?

— Конечно, они заслуживают всего того, что любой ребенок считает само собой разумеющимся. Но когда эти девочки уйдут отсюда, у них не будет возможности праздновать Рождество. Лишь двое-трое, если им повезет, поступят в колледж или получат хорошую работу. Они должны знать, что смогут добиться чего-то в жизни только упорным трудом.