— Но я ничего не нарушала! Просто этому идиоту захотелось продемонстрировать свою силу — вот он и приволок меня сюда.

Рут была среднего роста и довольно крепкого телосложения. Но год, проведенный в больнице, дал о себе знать, и весила она теперь гораздо меньше, чем когда-то. Она должна была показаться пушинкой своему похитителю, по комплекции напоминавшему центрового в регби.

— Он принесет вам свои извинения, — Лицо молодого человека расплылось в обворожительной улыбке.

Рут была поражена тем, как благодаря одному лишь незаметному движению лицевых мышц высокомерие, надменность, самонадеянность, видимо свойственные этому человеку, мгновенно сменились колдовским обаянием, перед которым трудно было устоять. Он, несомненно, обладал тайной властью над людьми, позволявшей ему повелевать ими, словно магнитом притягивая к себе и одновременно отталкивая. Это таило в себе огромную опасность. Изысканность уживалась в нем с необузданностью, за внешней красотой крылась безжалостность. И все же Рут не могла освободиться от ощущения гармоничности его образа.

— Вы совершенно правы, — вновь заговорил молодой человек. — Я приношу вам свои извинения. Питер слишком рьяно защищал мою собственность. Он, разумеется, не имел права дотрагиваться до вас, тем более, силой приводить сюда.

Рут подметила еще одну особенность — какой бы тайной ни была окутана личность этого мужчины, каждое его слово свидетельствовало об остром уме, смекалке и даже хитрости: он сказал именно то, что могло бы успокоить и умиротворить ее. У Рут зародилось подозрение, что ею пытаются манипулировать.

В качестве ответного хода она также улыбнулась, правда довольно холодно.

— Новозеландцы, — сухо произнесла она, — именно потому и любят свою страну, что могут беспрепятственно передвигаться по ней в любом направлении.

— Соблюдая при этом законы и не взламывая замков на воротах. Не так ли?