— Итак, кое-что из моей ранней биографии. Я начинал свою карьеру в бруклинских доках в Нью-Йорке, занимаясь погрузкой-разгрузкой товаров для аукционов. В то время меня мало интересовало, что находится в клетях, которые я таскаю. На тот момент для меня важнее было получить деньги, которые шли за учебу. Я вечерами учился в колледже. Однажды в каталоге я увидел, сколько стоят товары, которые я таскал на своем горбу. И почти все баснословные деньги зарабатывал сам аукционный дом. Я работал в любую погоду. Иногда мне приходилось торчать в доках с раннего утра до вечера. «От рассвета до заката», — процитировал он из романа. — И тогда я решил: это несправедливо, что люди, работающие в помещениях с кондиционерами, получают больше, чем я. И я стал учиться еще более усердно, расширил круг предметов, не входящих в мой основной курс. И вот как раз об этом этапе моей жизни в Нью-Йорке здесь, в Чикаго, известно немногим. Нет, вы не думайте, я не стыжусь своего прошлого, так как заработал все своим трудом, но мне бы не хотелось, чтобы об этой части моей биографии стало известно здесь, особенно о том, что я до сих пор не знаю, кто мой отец. Или вы считаете, что я специально перебрался из Нью-Йорка подальше, где никто меня не знает?

Вайолет слушала его молча. Теперь кое-что понемногу стало проясняться. Оказывается, ее первоначальное впечатление о нем было ошибочным: Гевин Мейсон, как и она, происходит из низов и всего добился своим трудом и упорством.

— Я понимаю, — медленно произнесла она. — За исключением одного. Если вы не стыдитесь того, какими путями достигли вашего нынешнего положения, разве вам не должно быть все равно, что о вас будут думать другие? Быть бедным — это не то же, что совершить преступление. Наоборот, вы должны гордиться тем, чего вам удалось достичь.