Но он лишь рассмеялся ей в лицо.

— Звучит очень мило. Жаль только, что это ложь от первого до последнего слова. И то, что вы использовали лишь те самые эскизы, было, конечно, простым совпадением. Остальные, по всей видимости, выбросили на помойку.

— Нет, все не так. Я… — Лори осеклась. Нет, гордость не позволяла ей дать ему повод лишний раз позубоскалить, рассказав о том, как она собрала все неиспользованные отцом чертежи, вернувшись домой после первого семестра в колледже, и они до сих пор лежат в ящике ее туалетного столика.

И тут другая мысль пронзила ее.

— Если ты действительно считаешь, что мы так поступили, почему не подашь на нас в суд за нарушение авторских прав? Несомненно, такой известный, и отнюдь не уважаемый мною человек, как Алекс Барези, в два счета выиграл бы процесс.

— Само собой, это было моим первым побуждением, — согласился он, — лишить тебя с твоим драгоценным папашей всего, до последнего пенни. Но потом я решил доставить себе более утонченное удовольствие, наблюдая за тем, как «Пэджет Кристал» медленно истекает кровью. — Застыв на месте, Лори смотрела на него, а его голос стал похож на урчание сытого тигра; он словно смаковал каждое слово. — Да, Лорина, это гораздо приятнее во всех отношениях, ты не находишь?

Она увидела, как изящно очерченные губы патриция искривила жестокая ухмылка.

— Ты… ты дьявол! — У нее пересохло во рту от страха, и вместо слов вырвалось невнятное сипение. — А ты не боишься получить кинжал меж ребер как-нибудь темной ночью?

Алекс безразлично пожал плечами.

— Я прекрасно сплю по ночам. Но сейчас нам пора идти. Ты не хочешь заставить своего отца ждать?

— Я не пойду, — быстро проговорила Лори.