Зак размешивал сахар в чашке и задумчиво смотрел на нее.

— Так что вы на самом деле хотели бы получить на Рождество, Брэнди?

Она решила игнорировать его фамильярность: подозревала, что явное недовольство только больше раззадорит его.

— Вы сейчас не при исполнении, Дед Мороз, вы не забыли?

Он как будто не слышал.

— Изумруды, например? Они бы пошли к вашим каштановым волосам и белой коже.

— Не думаю, чтобы Санта-Клаус принес мне изумруды.

— Пожалуй, нет — по крайней мере этот Санта. Мы друг друга почти не знаем, так что с моей стороны вряд ли уместно было бы дарить вам драгоценности.

Его взгляд упал на гроздь бриллиантов на ее левой руке.

— Не говоря уж о том, что мистер Огилви наверняка будет возражать. А скажите, мистер Огилви существует?

Это уж совсем из ряда вон, подумала Брэнди.

— Не понимаю, зачем вам об этом знать.

— Не понимаете? Ладно, пока не важно. Но есть же что-то, что вам хотелось бы получить в подарок. Может быть, что-нибудь такое простое, вроде мира на земле... — Зак щелкнул пальцами. — Знаю! Как насчет белого Рождества?

— Поздновато... Теперь уже от снега никакого толку, — живо отозвалась Брэнди. — С другой стороны, если бы где-нибудь на этой неделе выпало с полдюйма хорошего пушистого снега, все покупатели пришли бы в праздничное настроение и наша выручка от сезонной торговли возросла бы процентов на десять, а то и больше.

Зак сокрушенно покачал головой.

— Но только полдюйма, не более. — Брэнди отхлебнула кофе. — А то на дорогах будут пробки, и все покупатели останутся дома.

— У вас чрезвычайно неромантический взгляд на праздник.

— И у вас сложился бы такой же после десяти рождественских сезонов в магазине.