Мэкки скептически посмотрела на Гордона, будто в его вопросе был какой-то подвох. Подумав, она сказала:

— В шкафчике в ванной комнате для гостей.

Гордон проводил ее взглядом и постарался определить ее отношение к нему. Ясно одно: Мэкки Смит — женщина противоречивая. Что в ней доминирует — адвокат или несчастная разведенка? Трудно сказать. Она реагировала на вопрос о замужестве и о семье так, словно попала в плен к врагу и ее допрашивали с пристрастием. Впрочем, это и есть война: Мэкки и Бет с одной стороны, он и Эшли — с другой. Мэкки ни на минуту не забывала об этом. Он должен быть предельно осмотрительным и не откровенничать с ней, словно ее закадычный друг.

Мэкки проснулась в девять утра и ужаснулась, поняв, что проспала. Быстро одевшись, она торопливо спустилась по лестнице. А вдруг Гордон уехал и взял с собой Эшли? От этой мысли она похолодела.

Вбежав на кухню, она облегченно вздохнула — отец и дочь освоились и мирно завтракали. Эшли сидела на столе и лакомилась бананом, рядом стоял Гордон и, отпивая кофе, уговаривал дочь съесть ложечку овсяных хлопьев.

— Я… я проспала, — сказала Мэкки, несколько смутившись. Гордон был одет, но рубашка была не застегнута, и ей бросилась в глаза его широкая волосатая грудь. Вероятно, оттого, что Мэкки не привыкла видеть по утрам неприкрытую мужскую грудь, его вид вызвал у нее чувство неловкости. Она отвела глаза и сказала: — Если я сейчас не выпью кофе, мне конец.

— Кофе готов, — по-хозяйски, словно он был у себя дома, сказал Гордон, жестом указав на полный кофейник.

Мэкки налила кофе и, держа кружку обеими руками, стала наблюдать за своими гостями.

— Я смотрю, вы нашли, чем накормить Эшли.

— Да, пришлось постараться. Но мне повезло. Вы не принадлежите к тем женщинам, у которых в холодильнике только шпроты.

— Это что, комплимент? Прямо с утра?