А мне не верится, что у меня такая мать, подумала Мик. Но ей не хотелось ссориться с матерью сейчас, когда дела и без того были из рук вон плохи. Она послушно отправилась звонить Донахью. Но, увы, этот звонок не утешил Мик. Дом Донахью отвечал ей длинными, равнодушными к ее боли гудками. Мик окончательно поникла. Что теперь она скажет матери, гостям? И как ей жить дальше, после такого позора? А Донахью? Донахью… Как ей быть с любовью к этому мужчине, который бросил ее так жестоко?

Мик вышла из церкви. Ноги едва держали ее. Пастор Нимли сразу же заметил состояние девушки и бросился к ней. В ее глазах, огромных и печальных, он прочитал ответы на все свои вопросы. Страшно подумать, что теперь будет! Что будут говорить о ней в этом маленьком городке! Брошенная невеста! А ее мать?! Пастор отлично знал Мелинду Кимри и не сомневался в том, что она осыплет дочь градом упреков… Бедная девочка!

Нимли обнял ее за плечи и погладил по золотистым волосам, которые она так старательно завивала сегодняшним утром. И для кого все это! Для Донахью, разгильдяя Донахью, который не смог даже расстаться с ней, не покрыв ее позором! Бедная, бедная девочка…

— Не волнуйся, Микаэла… Садись в машину и езжай домой. Я сам все объясню гостям. Скорее всего, это просто недоразумение. — Пастор прекрасно знал, что «недоразумением» здесь и не пахнет. — Мало ли, что могло произойти с твоим женихом? Но я надеюсь, с ним все в порядке…

Слова пастора показались Мик неубедительными. Но она была благодарна ему за то, что он взял на себя самое сложное — объяснение перед гостями. Ей это было бы невмоготу… Едва сдержав слезы, она пробормотала «спасибо» и нетвердым шагом направилась к машине.

Гости заволновались. Кое-кто даже бросился догонять невесту, но пастор Нимли задержал любопытных.