Он шагнул назад, чтобы прикрыть за собой дверь поплотнее.

– Я хотел воспользоваться этим ее милым недостатком, чтобы поговорить с вами до того, как она появится.

Дани стояла у открытого окна, и солнце припекало, лаская лучами ее спину. Но все равно, у нее было такое ощущение, что с балкона страшно сквозит, – такой холод исходил от ее собеседника.

Она слегка поежилась. Дело не только в этих холодных светлых глазах. Он нарочно подошел поближе и навис над ней, подавляя ее своим огромным ростом. В нем, наверное, без малого два метра! Волосы подстрижены коротко, плечи широченные, тонкая водолазка не скрывает рельефа мускулатуры. Морской пехотинец, да и только. Она рядом с ним просто ребенок.

Что за глупости, Дани, одернула она сама себя. Он, конечно, не слишком приветлив, но какое это может иметь к ней отношение! У него просто настроение плохое, вот и все! Может, подобная грубость – обычный для него стиль поведения, а она уж навоображала бог знает что!

Она взяла себя в руки и улыбнулась.

– Боюсь, произошла какая-то ошибка, мистер Ковердейл! – вежливо начала Дани.

Не тут-то было!

– Если какая-то ошибка и произошла, то всецело по вашей вине, заверяю вас, доктор Гарди. Мне неизвестно, какими уловками пришлось вам воспользоваться, чтобы убедить мою мать принять вас, но уж будьте уверены...

– Мистер Ковердейл...

– ... вам ничего не удастся добиться...

– Мистер Ковердейл, послушайте...

– ... потому что моя мать никогда не дает интервью журналистам...

– Я не журналистка! – решительно прервала его Дани.