— Что случилось, Кейт? — озабоченно спросил он, усаживая ее на диванчик в углу кабинета. — Что-то с Мартой?

Кейт без слов протянула ему газету. Альфред быстро пробежал глазами статью.

— Мерзавец! — вырвалось у него. — И ничего не поделаешь. Свобода слова…

Он исподтишка посмотрел на девушку, пытаясь понять, что именно задело ее в этой статье. Сейчас она скажет, что у нее есть возлюбленный, который пришел в ярость и требует опровержения, подумалось ему.

— Так не может больше продолжаться, Альфред! — выпалила девушка. — Я… я слишком высоко ценю вас и не могу допустить…

Она запнулась. В присутствии Альфреда все ее опасения казались надуманными. Любой, кто знает его, только посмеется над глупой статьей. Как она только могла предположить, что способна опорочить его?

— Чего ты не можешь допустить? — ласково спросил он.

— Ваша репутация… — прошептала Кейт, собираясь с силами. — Губернатор штата не может позволить, чтобы о нем писались такие статьи… Это отвратительно… Я никогда не прощу себе, если у вас будут из-за меня проблемы…

Альфред встал с дивана. Его сердце непривычно колотилось. Неужели настал момент для решительного разговора?

— И что ты предлагаешь, Кейт?

Кейт показалось, что он рассердился, и она совсем упала духом. Но раз уж она завела этот разговор, надо идти до конца.

— Вы не должны больше приходить к нам так часто, — выдавила она из себя. — И приглашать меня в театр. Мы вообще не должны так часто видеться…

Альфред Шелли был тронут до слез. В его жизни нечасто выдавались такие моменты. Волнение Кейт, ее непосредственное желание оградить его от неприятностей — разве все это не говорило само за себя? Она беспокоится из-за него, значит, она к нему неравнодушна… Может быть, Альфред рассуждал неверно. Но тогда, видя Кейт с блестящими глазами, такую хорошенькую и заботливую, он внезапно решился сказать то, о чем молчал уже несколько месяцев.