Декабрь, ветреный и бессолнечный, не самое лучшее время для прогулок. А Нью-Йорк — не самый приятный город для человека, предпочитающего тишину и уединение. Вокруг — толпы спешащих людей: на улицах, в метро, в магазинах… По низкому небу медленно плывут серые тяжелые тучи, осыпая многочисленных прохожих мелким колючим дождем пополам со снегом…

Мэтью Дэймон поежился и поднял воротник слишком легкой для такой погоды кожаной куртки. Налетавший порывами ветер назойливо подталкивал его в спину.

— Эй, полегче, приятель, мне торопиться некуда, — вслух пробормотал Мэтью.

Нью-Йорк — странный город, размышлял он, неторопливо шагая по улице. Пожалуй, другого такого и не найти. Здесь живет столько мужчин и женщин разных национальностей и вероисповеданий, что почувствовать себя своим почти невозможно. Даже прожив здесь несколько лет, все равно остаешься чужаком, не знающим ничего, кроме того района, где проводишь большую часть времени…

Чтобы хоть немного согреться, Мэтью зашел в ближайшее кафе. Пластиковые столики и стулья, автомат, выдающий кофе, запах хорошо прожаренного мяса и лука. Официантка в красной коротенькой юбке и синей блузке подала меню и призывно улыбнулась Мэтью. Он привык к тому, что при нем женщины превращаются в охотниц, выслеживающих редкостную добычу. В юности он гордился своей внешностью и ничего не имел против того, что девушки сами падают в его объятия, — только успевай подхватывать. Но когда тебе тридцать пять, короткие, романы и знакомства на одну ночь перестают приносить удовлетворение и совсем не радуют. Хочется чего-то постоянного. Не вспышки страсти, а долгой нежности, не акробатических упражнений в постели, а любви…

— Двойной гамбургер и кофе, пожалуйста.

— Может, возьмете картофель по-французски? — Девушке явно не хотелось уходить так быстро.

— Нет, спасибо.