Кэтрин нахмурилась от его насмешливого тона, но поняла, что в этих словах есть доля правды. Ее охватило чувство яростного удовлетворения — прекрасно!

— Я уверен, что симпатии будут на твоей стороне, как только детали выплывут на свет божий. Ты прекрасно отомстишь своей старшей сестре. К тому же ты даже не любишь Карла, не так ли?

Его слова были как пощечина, они эхом прозвучали в пространстве.

— Как ты смеешь?.. — начала она.

— Побереги свой учительский тон для тех, на кого он может произвести впечатление, крошка, мягко посоветовал Ред. — Твоя сестра только что похитила твоего жениха, а сам он втоптал в грязь твою гордость, что весьма больно. Однако твоя реакция — это не реакция девушки, чье сердце разбито, поэтому не жди от меня жалости.

«Реджинальд — самый бесчувственный и жестокий человек на земле», — решила Кэтрин.

— Меня восхищают твои представления о любви. Ты что — эксперт? Тебе тридцать два года, и ты не женат, из чего можно сделать определенные выводы, — в ярости выпалила она.

Ред воспринял этот выпад, даже не моргнув глазом.

— Я умею видеть поверх пальм в кадках, — мягко произнес он, намекая на недавнюю сцену в оранжерее и преимуществах своего роста — шесть футов и три дюйма — по сравнению с ее средним ростом. — Красивый юноша, ты его выбрала за внешние данные, чтобы увеличить число ему подобных?

— Меня вовсе не так привлекает мужская красота, как, видимо, тебя.

— Ты не хочешь ответить на простой вопрос, — произнес он, подходя к ней с особой, хищной грацией, которая отличала все его движения.

Глядя ему в лицо, она подумала, что он не сердится по поводу ее комментария. Отсутствие реакции ее даже удивило, она задрожала, неожиданно почувствовав прохладу ночи.