Но не успел отец отереть пот, как сделалось ясным, что степняк скакал от него хоть и безумно, да не бесцельно. Вдали показались три всадника, верно, то была часть разбойничьего отряда, посланная налегке вперед. Увидев князя Ростислава в одиночестве над телом своего вожака, они со всех сил поскакали к нему.

Разъяренный сражением, князь Ростислав и не подумал уклоняться от схватки, хоть бы и неравной. И хотя он погиб в ней, но поражения он не потерпел! Иссеченное тело его дружинники нашли рядом с порубленными телами троих печенегов.

Так рассказал мне гонец, я же слушал, но удерживался от слез, поскольку рассказ его предназначался князю.

Через два дня дружинники в дом воротился не отец, но его бездыханное тело. Везли его на носилках, укрепленных меж двумя лошадьми. Окровавленное же седло его собственного любимого коня было пусто.

К недоуменью моему коня этого, любимого отцовского вороного пятилетка дивных статей, прозваньем Бурун, так и поставили в стойло заседланным.

Тихие и благочинные похороны княгини еще дробились в душе множеством светлых воспоминаний, но похороны князя оказались вовсе другими. «Женское дело голубиное, - говаривали дружинники и бояре, - а как не почтить смерть воина старым обычаем?»

Непонятны показались мне эти слова. Уж никак не могли они значить, что тело отца хотят предать языческому огненному погребению. Сам видал я накануне, как в ограде семейного нашего храма святой Ольги добрые монахи рыли глубокую могилу. Где как, а у нас в Ведове могилы в земле роют монахи, прочий люд страшится по суеверию и браться за такое дело. В наших краях кладбища христианские встречаются покуда много реже, нежели рукотворные холмы, возведенные над пеплом в просторе полей. Но ветры и дожди постепенно точат верхушки земельных насыпей, а просторные покуда кладбищенские ограды понемного заполняются крестами. И все же кладбищ люди побаиваются, в особенности старики. Матушка объясняла мне не раз, что сей пережиток языческий не к чести христианину. С нею сызмала посещал я могилы дедушки с бабушкою, с нею сажал на них красивые цветы по весне. Теперь цветочный ковер разрушен лопатами - там, где предстоит упокоиться князю Ростиславу. Но о каком же обычае тогда речь?