Он был бы великолепной парой для любой женщины. Но не для нее. Потому что считал, что жена не должна работать. Он считал, что в семье женщина должна посвятить себя удовлетворению потребностей мужчины.

Она редко вспоминала о Камероне Кларке, и сейчас ей показалось, что Келлерн и он чем-то похожи.

— Когда вы в последний раз отдыхали?

— Это что, допрос? — Каким-то образом Джеймс умудрился втянуть ее в перепалку.

— Вас это задело? — Он кинул на нее тяжелый изучающий взгляд.

— Нет, не задело. Честно говоря, последний раз я отдыхала… — она нахмурилась, пытаясь вспомнить, — около года тому назад я ездила в Париж.

— Замечательный город! Сколько вы там пробыли?

— Весь уик-энд.

Он затрясся от смеха.

— Что можно увидеть за один уик-энд? Вы, должно быть, бегали от одной достопримечательности к другой.

Они поехали туда вместе с Генри. Отдыхом там, разумеется, и не пахло. Однако она солгала:

— Если вам так интересно, я очень хорошо отдохнула.

Они миновали Дублин, свернули со скоростной трассы и теперь ехали по сельской дороге.

Вскоре показалась развилка: налево — дом ее отца, направо — Куртни Меннер, поместье Джеймса.

— По телефону вы сказали, что нужно кое-что обсудить. Что вы имели в виду?

— Все в свое время, — ответил Джеймс.

— Мне кажется, сейчас вполне подходящее время, — попыталась настоять на своем Элли.

— Ну а мне так не кажется. Я думаю, вам нужно сначала встретиться с отцом. Я предупредил его о вашем приезде.

Они свернули направо, въехали в открытые деревянные ворота и по узкой дорожке приблизились к дому.

— Боже мой! — воскликнула Элли. — Ваш дом в тысячу раз больше, чем мне помнилось.

— А я думал, что со временем все начинает казаться меньше.

Она с удивлением обнаружила в себе неожиданное волнение. Джеймс улыбался, и его сильное, мускулистое тело поразило Элли своей сексуальной мощью. Она быстро отвела от него глаза и стала смотреть только на дом. Он был огромный, янтарно-медовый, весь утопающий в зелени, с лестницами цвета слоновой кости. В старые добрые времена, когда они с отцом приходили навестить старика Келлерна, то приближались к дому сбоку, поэтому у нее не возникало такого впечатления о доме, как сейчас.